«Ростропович – это, прежде всего, имя!»: министр культуры Евгения Шевченко прокомментировала нашумевшее граффити в Оренбурге

Евгения Шевченко: надпись на многоэтажке будет служить ориентиром для тех, кто хочет пройти к музею

27 мая в Оренбурге откроется первый в России музей Мстислава Ростроповича и его выдающейся музыкальной семьи. Событие поистине долгожданное как для оренбуржцев, так и для потомков музыканта.

Почетным гостем церемонии станет дочь музыканта, Президент Фонда культурных и гуманитарных программ его имени – Ольга Мстиславовна Ростропович.

Подготовка идет полным ходом и внутреннее убранство нового музея станет доступным глазу посетителей ближе к выходным. А вот антураж за пределами музея, где тоже много заметных изменений, медийное сообщество уже успело оценить и обсудить. Причем далеко не все отзывы оказались комплементарными. В частности, бурные обсуждения вызвало граффити на стене ближайшей многоэтажки, где основа композиции – знаменитая на весь мир фамилия музыканта.

Orenburg.kp.ru обратился за комментарием к министру культуры Оренбургской области Евгении Шевченко.

- Евгения Валерьевна, кому принадлежит идея сделать такое граффити?

"Нечитаемость" все же под вопросом

- Идею создать граффити на торцевой стене многоэтажного дома продиктовала сама локация. Если вы обратите внимание, то дом-музей находится одновременно и в зоне исторической застройки – это район так называемой Новой Слободки, основанной еще в первой половине 19 века губернатором Перовским. Но вместе с тем – к ней вплотную примыкает нестройный ряд архитектурного разнообразия советского периода. Подружить эти два мира практически невозможно. Их можно только разделить, разбить если хотите, но при этом связав одним простым смыслом.

Дело в том, что улица Зиминская – не самая заметная в нашем городе, застроенная преимущественно частными домами, мало чем обращает на себя внимание. А мимо высокого здания, где ориентиром будет служить заметное, говорящее изображение, – проехать трудно. Поэтому в данном случае это не просто мурал. Для потенциальных посетителей музея – это реклама, навигация, указатель, если хотите.

- Но дискуссию вызвало другое. Оспаривается целесообразность выбора фамилии в качестве темы изображения, а также расположение букв, которое плохо прочитывается.

- А что предлагают?

- Виолончель, портрет Маэстро…

- Прекрасно. И виолончель, и портрет, и нотный стан, и его крылатые фразы про Оренбург – все обсуждалось. А самое главное – все это было и не раз. И в обсуждении с профессиональным сообществом эти идеи отметались даже не потому, что виолончель в таком изображении мало кто может отличить от альта или скрипки, поскольку пишутся они не в масштабе. И не потому, что портрет – вещь рискованная в открытом пространстве: год-два и могут начинаться проблемы в дорогим для многих лицом (это все-таки стена на улице).

Просто Ростропович – это, прежде всего, ИМЯ. Имя в искусстве! Это фамилия, которую, как и фамилию Гагарин, весь мир знает. И каждая буква в этом имени монументальна. Отсюда и выбор образа в целом, и выбор шрифтов, в частности, – основательный, объемный, зримый. Такие же как личность и талант Маэстро, абсолютное превосходство которого в мире музыкального искусства по-прежнему неоспоримы.

Но есть и более прозаичное объяснение выбора именно этого изображения. Не в последнюю очередь он был продиктован нестандартностью самого фасада – узкий торец девятиэтажки, разбитый надвое балконами и плоскостью. В итоге плоскость для работы – левая узкая полоса, которая больше принимает графику, чем живопись.

Следующий момент – основной маршрут к музею из центра города пролегает с односторонней улицы Комсомольской. Здание взору человека открывается не сразу, а постепенно – с первых трех-четырех букв. И все слово становится видно, только когда поворачиваешь налево. Поэтому столько внимания художником уделено заглавной букве, в которой, к слову, тонкой линией будет прочерчена оригинальная «Р» из автографа самого Ростроповича.

Еще один повод в данном случае не обращаться, например, к портрету музыканта заключается в том, что в этот насыщенный день будет открыт не только музей, но и мемориальная доска Леопольду и Мстиславу Ростроповичам, чьи имена 25 лет назад присвоены нашему Оренбургскому государственному институту искусств самим Маэстро. Доска, вылитая в бронзе, будет размещена на главном корпусе института по улице Советской, 17 и станет напоминать жителям и гостям города лица выдающихся людей.

- И тем не менее, расположение букв назвали «нечитатемым»…

- Ну прочитали же… Даже блогеры, несмотря на все возникшие у них затруднения, справились и в итоге сложили одиннадцать букв в слово «Ростропович». Поэтому за обычных оренбуржцев можно не беспокоиться.

А если серьезно, то вся эта шумиха мне напомнила известную народную мудрость, которая, кстати, давно прижилась именно в среде художников: «Не показывай дураку незаконченную работу». Только, пожалуйста, без обид! Рада бы заменить слово, но из мудрости народной, как из песни, слов не выкинешь. При этом продолжаю утверждать, что журналисты, блогеры и другие специалисты широкого профиля – люди умнейшие, эрудированные, вдумчивые. Всегда благодарна им за нестандартное мнение.

Но именно так стоило поступить – не показывать никому незаконченную работу, если бы, конечно, была такая возможность. Потому как рассуждать о том, насколько хорошо читается слово, когда по сути слова еще нет – нет реперных элементов, глубины оттенков, не прорисованы важнейшие детали – по меньшей мере, преждевременно. Еще пару дней и, полагаю, часть вопросов снимется. А если какие-то останутся, то, как и многое в культуре и искусстве, долго еще будет спорным и обсуждаемым. Что тоже хорошо.

- К слову, об искусстве и художнике. Кем и в какой стилистике будет выполнено это граффити?

- Это наш молодой оренбургский художник Дмитрий Сумбаев. Несмотря на относительно молодой возраст – активный граффити-художник. Выпускник Оренбургского областного художественного колледжа, финалист и победитель многочисленных граффити фестивалей на Всероссийском и Международном уровне. С 2014 года активно выставляется.

Отмечу, что Ростропович в творческой судьбе Дмитрия не впервые. В 2018 году он вместе с Максимом Чукиным выполнял масштабный проект (фасад 14 этажей) в честь Ростроповича и Жубанова в Актобе в Казахстане. Оформленные им стены есть по всей России: Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург, Самара, Челябинск, Нижний Новгород, Тольятти, Пермь, Нижневартовск, Краснодар, Сочи и т.д.

В целом же шрифтовые композиции в граффити-стилистике сегодня встречаются все чаще на фасадах зданий и сооружений в разных городах – от небольших ограждений до огромных многоэтажных зданий. Сменяя собой привычные рисунки и подкупая зрителя простотой формы и многозадачностью.